Колония с крокодилом

Зоя Светова: пенитенциарная система все больше и больше закрывается от общества. Правозащитники жалуются на то, что администрация колоний с большой неохотой разрешает им посещать осужденных. Допуск журналистов в места лишения свободы также существенно ограничен.

 

 


Два года назад директор ФСИН Юрий Калинин изменил ранее существующий порядок посещения осужденных журналистами. Теперь сотрудники федеральных СМИ обязаны согласовывать свои встречи с осужденными лично у Юрия Калинина.

Излишне говорить, что не всем журналистам, пишущим на тюремную тему, удастся пройти «тест на лояльность». Кроме того, закон об общественном контроле за местами лишения свободы уже 7 лет «маринуется» в Госдуме: правозащитники, МВД и ФСИН никак не могут найти компромисс.

В такой ситуации любая информация, полученная из мест лишения свободы, ценится на вес золота. Те же, кто осмеливается такую информацию сообщать, серьезно рискуют стать врагами для администрации колоний.

Юрий Журилов - заключенный с большим стажем. Ему 50 лет. В 11 лет он уже оказался в спецшколе (куда комиссии по делам несовершеннолетних отправляли трудных детей). Отец Журилова сидел в тюрьме, а мать работала по три смены и у нее не было возможности следить за сыном.

Из 450 детей, которые сидели с Журиловым в спецшколе, только 30 стали на правильный путь. Остальные же всю жизнь провели в колониях. «Эти спецшколы хорошего не дают, если чего не знаешь, там узнаешь», -говорит сам Журилов о своем детском опыте.

Очень быстро после спецшколы Журилов попал в тюрьму за воровство. Потом были другие сроки. Десять лет он провел на свободе. Сейчас отбывает наказание в ИК-54 Свердловской области.

Ему осталось сидеть не так уж много - около года. Но есть вероятность, что остаток срока он, как злостный нарушитель режима, может провести в тюрьме. Такое решение принял Новолялинский районный суд Свердловской области.

В ближайшее время должно состояться заседание Екатеринбургского суда, который и решит судьбу Журилова. Его защитник Владимир Шаклеин рассказал, что многие нарушения режима , которые приписываются Журилову, не выдерживают никакой критики.

Так , например, 2 мая 2006 года больной туберкулезом Журилов был отправлен на полгода в помещение камерного типа (ПКТ) за «нарушение формы одежды», которую согласно документам, он получил только в октябре 2006 года. Наказан он был также и за то, что «спал в неположенное время на скамейке». Беда в том, что скамейки в той тюремной камере не было.

До июля 2005 года у Журилова и вовсе не было ни одного нарушения. Потом его стали сажать в штрафной изолятор (ШИЗО) и в ПКТ. Почему? Сам Журилов считает, что ему мстили за отказ сотрудничать с администрацией колонии.

«Мне сказали, что я вообще не выйду из ШИЗО, если не встану на должность (не буду сотрудничать - З.С.) и я знал, что это не простые угрозы, - пишет Журилов в письме к директору Центра содействия уголовному правосудию Валерию Абрамкину. (С ним он познакомился в 1990 году, когда Абрамкин вместе с комиссией приезжал в известный своими пыточными условиями лагерь «Белый Лебедь» в Соликамске).- Я согласился. С сентября по декабрь 2005 года я работал бригадиром. За время моей работы я видел, как по распоряжению оперативников, бригадиры вышибали явки с повинной, с других - показания, что они собирались в побег.

Я всегда заступался, не давал бить, опускать в обиженные и издеваться ... За это меня сняли с должности.

Им не нужны такие, как я - правдолюбцы, им нужны безупречные безмозглые машины, которым сказали и они сделали, не думая последствиях. Жалобы здесь, если запечатать в конверт, вначале вскроют и прочитают осужденные. Потом они сообщают об их содержании оперативникам.А затем создаются все условия, чтобы посадить жалобщика в ШИЗО».

Не желая рисковать, Журилов направил письмо Валерию Абрамкину нелегально.

В июле 2006 года Журилов написал письмо и в администрацию президента. В нем он рассказал о нарушениях прав осужденных в ИК-2 по Свердловской области. Тогда председатель Совета при Президенте по содействию развитию институтов гражданского общества Элла Памфилова поручила тому же Абрамкину проверить информацию Журилова.

В колонию ИК-2 выехала комиссия из Москвы. СИЗО, расположенное на территории колонии, о котором писал Журилов и другие осужденные, было закрыто.

Некоторые из должностных лиц ушли по собственному желанию. Когда комиссия уехала, Журилова начали «прессовать»: за любую провинность сажали в ШИЗО.

«Он подвергается незаконным преследованиям со стороны руководства УФСИН по Свердловской области за обращения и жалобы , направленные официально в администрацию президента и в прокуратуру. Его непрерывно наказывают в дисциплинарном порядке по самым мелким поводам, под надуманными предлогами отказывают в свиданиях с родными. А теперь решили и вовсе от него избавиться, сделав представление в суд о переводе в тюрьму» - говорит Валерий Абрамкин.

Колония , о которой Юрий Журилов написал в администрацию президента, известна тем, что в ней живет крокодил. С некоторых пор начальники колоний взяли за моду привозить к себе диковинных животных. В архангельской зоне, например, жили два страуса (сейчас один умер) , которые раз в неделю поставляли персоналу колонии большое яйцо для яичницы.

Впрочем, Журилов написал не о крокодиле, а о том, как в колонии организуют «потемкинские деревни» для приезжающих с воли. «Посетителям показывают лишь положительную сторону зоны. Показывают: зоновский музей, колледж, институт, выборочный подготовленный отряд (осужденных) и наконец, живого крокодила.

Все посещающие колонию комиссии сообщают о своем прибытии, или же заинтересованные в этом люди сообщают об этом администрации.

Когда в зону приезжает комиссия, устраняются все видимые недостатки. С пропускных пунктов сразу убирают осужденных, выполняющих работу вахтеров. В производственной зоне опечатывают нелегально действующие цеха.

На самом деле в этих цехах изготавливают ширпотребные изделия из материалов, поступающих от родителей осужденных в виде гуманитарной помощи. Под давлением осужденные пишут своим родителям, чтобы те присылали материалы: лак, краску, дорогостоящий камень».

Журилов написал и о том, чем кормят осужденных в столовой: «Положенные и установленные правительством нормы питания не соблюдаются. Сахар в обед не дают. Компот- просто вода. Яйца не дают. Каждый день одно и то же меню. Из круп видим только пшенку, перловку и сечку. Вместо мяса дают сою.

На все жалобы в отношении несоответствующего питания, отвечают, что все в рамках допустимого. Положенные по УИК туалетная бумага, станки для бритья, мыло, зубные щетки были розданы один раз в виде подарков на Новый Год».

Конечно, Юрий Журилов- не единственный осужденный, который пишет о нарушениях прав заключенных в колонии.

Для того, чтобы проверить информацию Журилова и других осужденных, необходим общественный контроль над пенитенциарными учреждениями.

Нужно, чтобы комиссии, состоящие из представителей общественных организаций, прокуратуры и других ведомств могли приходить на территорию колонии , заранее не предупреждая о своем посещении.

Но в тюремном ведомстве не очень-то хотят выносить сор из избы и очень не любят жалобщиков.

А расправиться с ними достаточно легко: после нескольких месяцев в ШИЗО и ПКТ охотников жаловаться поубавится.

Источник: "Новые известия"