Правозащитник от права

Александр ГореликЗоя Светова: "Александр Соломонович Горелик был глубоким человеком, уважающим Право, а это, согласитесь, в наше время так нетипично..."

 

 


Несколько лет назад Валентин Гефтер предложил мне написать статью об Александре Горелике в сборник, посвященный российским правозащитникам. Мы встретились с Александром Соломоновичем в Московской Хельсинкской группе. Проговорили с ним несколько часов. Потом расшифровывая интервью, я никак не могла придумать название статьи. Дочитала интервью до конца. На один из моих вопросов Горелик ответил: "Знаете, правозащитники делятся на две категории: правозащитники от горла, те, которые митингуют, скандалят и правозащитники от права. Я отношусь к этой категории. Тогда я поняла, как надо назвать статью. Ведь настоящих "правозащитников от права" у нас очень мало. А сегодня прочитала на сайте Нижегородского Комитета против пыток, что Александр Соломонович умер. Грустно. Он был глубоким человеком, уважающим Право, а это, согласитесь, в наше время так нетипично.

Александр Соломонович Горелик - нетипичный правозащитник. Он – доктор юридических наук, профессор и заслуженный юрист РФ. Подобных Горелику профессиональных юристов, в правозащитном движении единицы. На вопрос: как он стал правозащитником, Александр Соломонович отвечает с улыбкой: « Почти случайно». И рассказывает, «как он дошел до жизни такой».

Прежде чем полностью посвятить себя преподавательской деятельности, Горелик несколько лет проработал следователем и районным прокурором. Сейчас он заведует кафедрой уголовного права на юридическом факультете Красноярского государственного университета. С 1991 года руководит правозащитной организацией , которая с 1997 года носит название «Общественный комитет по защите прав человека».

«Я преподаю с 1963 года, – вспоминает он. – Большинство из ныне действующих прокуроров и судей – мои студенты. Я всегда знал, что происходило в правоохранительной системе и очень многое мне там не нравилось. В какой-то мере случайно мне попалось одно уголовное дело: следователи подделали документы, сфальсифицировали дело целиком, включив туда эпизод, которого не было вообще в реальной жизни. Некий партийный работник, начальник областного управления бытового обслуживания получил 15 лет. Когда я посмотрел это дело, то увидел сфальсифицированные документы, которых не заметили ни в краевом, ни в Верховном суде. Я их сфотографировал, боясь , что они исчезнут из дела. Потом написал в Верховный Суд , приговор отменили, невинно осужденного освободили».

Горелик вспоминает, как приехал в Москву и в Генпрокуратуре РФ разговорился с сотрудницей отдела по надзору за соблюдением законности. Она возмущалась, что дело, по которому он ходатайствовал, было грубо сфальсифицировано.

На вопрос Горелика, почему же в прокуратуре никак не реагировали на многочисленные жалобы осужденного, которые касались тех же самых нарушений закона, сотрудница призналась:»Ужасно много работы». «А что делать с фальсификаторами?»—спросил Горелик. Чиновница Генпрокуратуры объяснила: «Фальсификаторами занимается другое управление, оно находится через коридор. Это не наша функция. Но я , пожалуй, напишу докладную по этому поводу, но вы это так не оставляйте».

Александр Соломонович ГореликЭто было самое начало перестройки, 90-е годы. Тогда в Красноярск приезжали представители партии Егора Гайдара «Демократический выбор России». Александр Горелик познакомился с самим Егором Гайдаром, с Сергеем Ковалевым и решил, что надо бороться с правонарушениями внутри самой правоохранительной системы, где чрезвычайно сильно корпоративная круговая порука.

Как опытный юрист, Горелик прекрасно понимал, что бороться с грубейшими нарушениями законности можно только с позиции права. Видя масштаб беспредела в правоприменительной практике российских правоохранительных органов и в судейской системе, он решил создать организацию для защиты интересов малоимущих людей и привлечь к работе в ней своих студентов и коллег-преподавателей.

Ведь стоило помочь одному человеку, например, заключенному, отбывающему срок наказания в колонии, который считал, что при его осуждении была допущена судебная ошибка, как начинали приходить письма от его товарищей по несчастью. И без постоянно действующей организации в одиночку вести такую работу было невозможно.

Так возникла идея создать юридическую клинику. Горелик услышал, что в Красноярске группа студентов организовала общественную приемную, где принимала граждан. Он предложил им сотрудничать с его организацией и вместе оказывать бесплатную юридическую помощь малоимущим, инвалидам, пенсионерам и заключенным. И не только по уголовным делам, но и по гражданским. Сейчас в клинике работает больше 100 студентов, учащихся 3-5 курсов юридического факультета. Есть и стажеры—студенты младших курсов.

Юридическая клиника важна и для самих студентов: это бесценная юридическая практика. Под руководством преподавателей они учатся общаться со своими будущими потенциальными клиентами, пробуют составлять жалобы, ходатайства и другие документы. Организация существует на гранты зарубежных фондов, таких, как Фонд Сороса, Форда, «Точка опоры». Все студенты работают в юридической клинике бесплатно. За хорошую работу студенты, особо отличившиеся в защите прав граждан, получают денежные премии.

В России, где самой популярной является пословица: «От сумы , да от тюрьмы не зарекайся», население не доверяет правоохранительной системе. В последнее время сильно поколебалась и вера в адвокатов. Нанять адвоката может далеко не каждый российский житель. Их услуги многим не по карману. Тем более что известны случаи, когда адвокаты обманывают клиентов. Они берут у них большие деньги, обещают помочь и ничего не делая, исчезают с большими суммами. Поэтому немудрено, что юридическая клиника в Красноярске пользуется заслуженным успехом.

Ее главное отличие от адвокатского бюро в том, что студенты-юристы не берут с тех , кто обращается к ним за помощью, ни копейки денег. Второе отличие: адвокат берет на себя защиту обратившегося к нему человека, в независимости от того виновен тот или нет. Сотрудники юридической клиники ведут только те дела, в которых они видят явные нарушения закона.

Каждый день с 17 до 19 часов в разных районах Красноярска работает четыре общественных приемных. Как правило, консультируют два – три студента. Обычно два опытных(учащиеся 3-5 курсов) и один стажер. Работа в клинике включена в учебный план занятий на юридическом факультете как факультатив. Подобные юридические клиники существуют и в других регионах России. Но по словам Горелика, его организация является лидером среди российских юридических клиник по оказанию помощи заключенным по уголовным делам.

С сентября 2001 года по декабрь 2002 года в общественные приемные обратились 3739 человек. Из них 606 человек жаловались на нарушение гражданских прав, 555 человек обратились по вопросам жилищного права, 200 человек пришли за юридической помощью, связанной с нарушениями их прав в уголовном, административном и гражданском процессах и т.д.

Студенты работают в клинике вместе с преподавателями юридического факультета Красноярского университета. Если они не могут сразу дать необходимую консультацию то советуются с более опытными юристами. Одним из направлений работы является защита интересов граждан в судах общей юрисдикции и в арбитражных судах. Нередко, студенты, представляющие интересы своих доверителей, с успехом выигрывают дела .

Кроме того, в юридическую клинику приходят сотни писем, в которых осужденные просят помочь изменить или отменить назначенный им приговор. Как рассказывает Горелик, внимательно изучив дела, и обнаружив в некоторых из них явные судебные ошибки, его студенты- сотрудники юридической клиники составляют обращения в вышестоящие суды и прокуратуры с просьбой проверить каждое конкретное дело и исправить ошибку. Благодаря этой работе, удается добиться пересмотра ряда дел, изменить приговоры. (за период с 1 сентября 2001 по конец декабря 2002 года были изменены приговоры по 65 уголовным делам, 10 осужденных были освобождены из заключения).

Александр Горелик приводит несколько примеров, когда ему и его студентам удалось исправить судебные ошибки: «В 1998 году вышло постановление Верховного Суда, которое разъясняло применение самой распространенной «тюремной» статьи 228(«незаконное изготовление, приобретение, хранение перевозка, пересылка либо сбыт наркотических средств или психотропных веществ»).

Всем, кого задерживали с наркотиками в транспорте, присуждали наказание по 228, часть 3 («перевозка наркотических средств в крупном размере») от 5 до 10 лет лишения свободы. Верховный Суд разъяснил, что если человека задерживают в транспорте и при нем находят небольшое количество наркотиков, предназначенное для личного потребления, это действие не может квалифицироваться как «незаконная перевозка»и подпадать под действие 228 статьи, часть 3. Я дал объявление в газете для заключенных и посыпались заявления. По нашим жалобам массу приговоров пересмотрели».

Сотрудникам юридической клиники часто приходится исправлять судейские ошибки, связанные с «судейской необразованностью». Горелик приводит примеры, которые доказывают, что благодаря хорошему знанию законов и вниманию к мелочам сотрудникам его организации удается то, что не всегда делают адвокаты, которым не хочется «копаться в мелочах».

«Мы часто сталкиваемся с неправильной квалификацией преступлений, – объясняет Горелик. – Что такое изготовление, что такое переработка наркотических средств? Изготовление, это когда из маковой соломы изготавливают опиум, а переработка когда из одного наркотического средств путем очистки изготавливают другое. Вот один случай: человек сорвал маковую соломку измельчил на мясорубке, чтобы сделать сигаретку—его осудили за переработку. Но она соломой была, соломой и осталась. Никакой переработки нет. Мы добились переквалификации этого дела.

В другом случае, один молодой человек, который растворил в воде пакетик героина, чтобы сделать инъекцию, был осужден за переработку, что в корне неправильно. Мы обнаружили множество подобных судебных ошибок и постарались их исправить, жалуясь на решения судов в вышестоящие инстанции».

Одним из важных направлений работы Красноярского «Общественного Комитета по защите прав человека» является прием и консультирование осужденных в колониях. Два раза в месяц студенты выезжают в колонии.

По словам Александра Горелика, начальник Красноярского УИН всячески приветствует эту работу. «Он понимает, что , если у заключенного какой-то непорядок на воле, то есть, не решены какие-то жилищные или другие проблемы, то он будет «плохо» сидеть. А наши студенты консультируют заключенных по всем важным для них вопросам».

Во время выездов в колонии, студенты оказывают осужденным юридическую помощь по вопросам уголовного права (квалификация преступлений, применение амнистии и помилования, правильность учета смягчающих и отягчающих обстоятельств, процедура обжалования приговоров в порядке надзора).

Многих заключенных волнуют вопросы, связанные с незаконной приватизацией их квартир, с лишением родительских прав, начислений пенсий по инвалидности и другим насущным проблемам, по которым им никто в колонии помочь не может.

В августе 2002 года «Общественный комитет по защите прав человека» пригласил к себе в Красноярск в летнюю школу студентов из других городов России, которые также работают в юридических клиниках. Приехали студенты из 34 городов России. Сотрудники Красноярской юридической клиники поделились своим опытом работы с заключенными в колониях. После лекций и теоретических занятий был организован выезд в колонии. Студентки консультировали в женской колонии, студенты в мужской.

В приеме каждого осужденного принимали участие три студента, один из них – из Красноярской юридической клиники, который уже бывал в этой колонии. Преподаватели присутствовали на приеме, как наблюдатели и высоко оценили этот эксперимент. Есть все основания полагать, что участники летней школы восприняли опыт работы в колониях и , вернувшись домой, попытаются внедрить это начинание в своих регионах.

Юридическая клиника «Общественного Комитета по защите прав человека» известна в Красноярске. О ее работе пишут в местной прессе, Александр Горелик и его коллеги-преподаватели частые гости на телевидении, куда их приглашают , как экспертов.

Как к организации, которую возглавляет Александр Горелик относятся в правоохранительных органах и в суде?

«Почти все сотрудники органов – мои бывшие студенты. Когда они отказывают в удовлетворении наших жалоб, мы не соглашаемся и пишем дальше, обращаемся в Верховный Суд. Я никогда им не звоню, не желая оказывать давление.

Они уважают профессиональный подход нашей организации, знают, что я никогда ни к кому не обращусь с личной просьбой и всегда отстаиваю только интересы закона. В суде к нашим аргументам также прислушиваются».

В последнее время Красноярская юридическая клиника расширяет свою сферу деятельности, развивая новые направления . Среди них –защита прав религиозных и национальных меньшинств, прав мигрантов, международная защита прав человека и защита прав психических больниц, защита прав граждан от незаконных действий правоохранительных органов(«Борьба против пыток в милиции»).

Как признается Александр Горелик, это направление работы, сталкивается с большим сопротивлением сотрудников самой милиции и прокуратуры.

«Пытки в милиции – одна из самых болезненных проблем нашего общества, – объясняет он.—Пока у нас не получается привлечь милиционеров к уголовной ответственности. Недавно я рассматривал одно подобное дело. Было совершено преступление в отношении сотрудника милиции. По подозрению был задержан студент. Его трое суток держали в милиции, били, заставляли признаться в том, что именно он поранил этого милиционера.

Через несколько дней нашли настоящего преступника, студента выпустили. Он обратился в травмпункт, зафиксировал побои. По существу, милиционеров за руку поймали, ведь студент эти три дня никуда из милиции не выходил. Но вскоре дело против сотрудников милиции было прекращено. Я настоял, его снова возбудили. Но милиционеры стали уговаривать студента, чтобы он отказался от своих к ним претензий. «С прокуратурой мы договорились, твое дело не жаловаться», – говорили они ему. Через три месяца появилась новая версия: будто бы в камеру к нему подсадили милицейского агента и он студента избил. Но вся соль в том, что этого агента допросить невозможно, он два месяца назад умер».

Горелик понимает, что прокуратура смотрит сквозь пальцы на «незаконные методы ведения следствия», к которым прибегают оперативники.

«Я спрашивал у своих знакомых сотрудников милиции ,почему они бьют. Они отвечали что , кроме кулака у них нет никаких средств для раскрытия преступлений. Низкая зарплата, отсутствие надлежащих технических средств и слабая агентуры, – все это не способствует успешному раскрытию преступлений».

Аспирантка юридического факультета Красноярского университета защищает кандидатскую диссертацию на тему:»Принуждение к даче показаний». Она провела анонимный опрос среди студентов заочного отделения, на котором много сотрудников милиции. Главный вопрос был: « Часто ли бьют в милиции?» Результаты говорят сами за себя. 44% ответили- «часто», 52%- «редко», 4% - «никогда».

Горелик понимает, что сотрудникам его организации трудно будет бороться с милицейским произволом. Но он намерен подойти к этой проблеме, также, как он подходит ко всем остальным: по юридически взвешенно, профессионально и без излишних эмоций.

Красноярский «Общественный комитет по защите прав человека»- авторитетная в регионе организация.

Ее ценят именно за профессиональную юридическую помощь людям. Александр Горелик считает, что он больше – профессиональный юрист, чем правозащитник. "«Знаете, правозащитники делятся на две категории: правозащитники от горла, те, которые митингуют, скандалят и правозащитники от права. Я отношусь к этой категории».

См. также по теме на портале "Права человека в России" (Hro.org):