Руслан Линьков о заказчиках убийства Старовойтовой и ситуации в стране

Помощник депутата ГосДумы, правозащитницы Галины Старовойтовой Руслан Линьков находился рядом с ней в момент убийства, получил тяжелое ранение, но выжил.

Организатора убийства депутата Государственной думы Галины Старовойтовой Михаила Глущенко Октябрьский районный суд Петербурга приговорил к 17 годам заключения в колонии строгого режима. Глущенко в прошлом был помощником депутата Госдумы от ЛДПР Жириновского, а затем и сам стал членом нижней палаты ГосДумы.

О беседе с Русланом Линьковом сообщает корреспондент Закс.ру Сергей Кагермазов.

В интервью Закс.ру Руслан Линьков высказал мнение, что следователи должны допросить по делу об убийстве Старовойтовой еще двух известных политиков от партии Жириновского (ЛДПР). А так же о том, что по его мнению, "нынешняя власть намеренно закрывает глаза на разжигание национальной розни в обществе, а время политических убийств в России не проходило".

— Что вы думаете об обжаловании приговора защитой Глущенко?

— У любого осужденного есть законное право обжаловать приговор, не вступивший в законную силу. Другой вопрос — обоснованность обжалования. Судья в своем решении учла все доводы защиты, в том числе те, которые могли бы смягчить наказание за содеянное преступление. Таким образом, все доводы, поданные адвокатом Глущенко, так или иначе перечислены в приговоре. Вряд ли суд вышестоящей инстанции скажет, что эти доводы были не учтены.

— Как вы считаете, насколько можно верить показаниям Глущенко о том, что в деле об убийстве Старовойтовой замешан криминальный авторитет Владимир Барсуков?

— Я бы поставил вопрос: "Насколько вообще можно верить Глущенко?". Что касается причастности других лиц, я считаю, это задача следствия.

В материалах дела присутствуют имена и фамилии всех, кто в самом деле был заинтересован в гибели Галины Васильевны.

К сожалению, один за другим на протяжении последнего полугодия двое возможных фигурантов со скамьи подсудимых сошли в мир иной. Так и не дождались, когда их вызовут на предварительное следствие.

Остались еще двое. Имена их широко известны в стране. Они — публичные политики. Рано или поздно они предстанут перед правосудием. Эти люди связаны с бывшим руководством Петербурга и партией ЛДПР. Имена называть не стану.

— Верите ли вы, что рано или поздно будет осужден заказчик преступления?

— Существует поговорка — в России нужно жить долго. Мы ждали 17 лет, когда осудят одного из организаторов этого преступления, Глущенко.

То, что он имел непосредственное отношение к убийству, стало известно следствию еще в 2002-2003 годах. То же и с заказчиками, я надеюсь, что пройдет время и земной суд изучит, что они натворили.

— Если отбросить в сторону объективные причины того, почему так долго идет следствие, кому сейчас может мешать оглашение имен заказчиков?

— Им самим. Они рассчитывают продолжать благополучно существовать на политическом олимпе, не собираются менять проживание в роскошных коттеджах и виллах на тюремные камеры.

— Вы считаете, что несколько человек были заинтересованы в убийстве Старовойтовой?

— Пока есть возможность привлечь двоих, которые известны следствию.

— Как вам кажется, выше этих людей кто-то стоит?

— Не могу пока ответить на этот вопрос, потому что эти персонажи даже не допрошены. После того, как состоятся определенные процессуальные действия, можно будет рассуждать на эту тему.

— Как вам кажется, как характеризует ЛДПР то, что Глущенко работал помощником Жириновского?

— В материалах следствия, например, содержаться сведения о том, что депутатские мандаты стоили для лидеров тамбовской преступной группировки 300 тысяч долларов за каждый мандат. Этот вопрос я отнес бы к разряду типа "Нанес ли урон колумбийской наркомафии Пабло Эскобар, который ее возглавлял?". Думаю, они друг друга дополняли.

— Что-то поменялось по прошествии лет?

— А как можно вывести родимые пятна? Невозможно.

— Существует ли угроза вашей жизни сейчас?

— Я не обращаю на это внимание. В какой-то момент пропала эта боязнь.

— Какие наработки, инициативы Галины Старовойтовой воплотились после ее гибели, повлияли на жизнь города?

— Был принят Устав города, в разработке которого она принимала участие. Был принят закон о запрете нацистской символики, введены определенные институты, которые она поддерживала, например, Уполномоченный по правам человека. Одно из главнейших достижений — глава Конституции РФ о правах и свободах граждан продолжает действовать. Она написана ею полностью, в нее не внесено ни одного изменения.

— Известно, что власть, исполняя закон о запрете нацистской символики, подавала в суд на людей, которые публиковали фотографии времен Второй мировой войны, в Томской области оштрафовали двух граждан за публикацию антифашистского мультфильма студии "Дисней". Создается впечатление, что закон работает странно.

— Это не закон работает странно. Те, кто применяет эти законы, трактуют их по-своему, передергивая дух и букву закона. Должен был быть принят целый комплекс мер в первые годы демократизации нашей страны, как проходила денацификация в первые годы после Второй мировой войны.

— Сегодня вы продолжаете как-либо участвовать в политической жизни города?

— Нет. Нельзя участвовать в том, чего нет. Я принял такое решение в прошлом веке практически. Например, вот вы, журналисты, бьетесь еще, пытаетесь каким-то образом распространять независимую, объективную информацию, в то время как свободы для её распространения, по сути, нет.

— Вы долгое время боролись с разжиганием национальной розни в обществе. А сейчас?

— Я слежу за такими новостями. По-прежнему осуждаю любые проявления нацизма, антисемитизма, националистического экстремизма и считаю, что любые подобные действия должны пресекаться. Законодательной базы для этого достаточно было и до появления 282 статьи УК РФ. Другое дело, что правоохранительные органы во многих случаях либо закрывали глаза, либо попустительствовали, либо сами использовали подобные экстремистские структуры для разжигания межнациональной розни.

— Почему они себя так вели?

— Можно вспомнить, что в конце 1980-х годов наши замечательные органы государственной безопасности создали такую организацию, как общество "Память". Когда мы опечатывали в 1991 году Ленинградский обком КПСС, в кабинете секретаря по идеологии обнаружили инструкции обкома по созданию общества "Память". Это и свидетельствует о том, откуда корни.

— Что изменилось с тех пор?

— Позитивных изменений с точки зрения противодействия разжиганию межнациональной розни не происходит. Наоборот, есть свидетельства того, что мы наблюдаем, как те же самые преступные группировки имеют возможность вербовать наемников, посылать их в горячие точки, что тоже нарушает статью уголовного кодекса о наемничестве.

— Существует мнение, что за последнее время снизилось количество уличных убийств, но ультраправые активисты ушли в политику, рвутся в парламент. Считается, что это лучше, что так можно остановить уличное насилие. Что об этом думаете вы?

— Я не вижу на улицах снижения насилия по национальному признаку. Полагаю, оно осталось на прежнем уровне, если не стало хуже. Есть несколько видов борьбы с преступностью. Один из самых популярных — статистический, когда правоохранительные органы регистрируют либо не регистрируют те или иные происшествия, квалифицируя их иначе. Переводят из категории межнациональной розни в бытовое хулиганство. Когда статистическими методами борются с преступностью, это свидетельствует о нежелании исполнять свои обязанности.

— Вы рассказывали однажды, что в офисе Глущенко нерукоположенный священник читал проповеди о том, что Старовойтова — ставленник мировой закулисы и тому подобное. Вам не кажется, что теперь схожие проповеди звучат с телеэкранов?

— Есть подобные тенденции. Существует масса сайтов, которые Роскомнадзор не закрывает почему-то. Не привлекают к уголовной ответственности тех, кто призывает расквитаться с некими "врагами народа". Мы видели, к чему это привело в Москве на Большом Москворецком мосту.

А ведь произошло и много других убийств, которые не получили такой резонанс в СМИ. Безнаказанность порождает вал подобных преступлений.

— Вы согласны с мнением, что есть запрос от общества на такое поведение?

— Запросов от общества может быть миллион. Существуют нормы цивилизованного общества, международные документы, подписанные Россией, Конституция. Они устанавливают правила, по которым наше общество живет. Власть должна быть ориентиром для общества. Ей необходимо защищать демократию.