Памяти Юрия Марковича Шмидта (+ ФОТО)

Юрий Маркович Шмидт. Фото Павла Беднякова Светлана Ганнушкина: Ушел из жизни Юрий Маркович Шмидт – наш друг, коллега, защитник. Нельзя сказать, что его уход был неожиданным, все мы знали, как тяжело он болел и как мучительно страдал. Но это знание не утешает и не подготавливает всегда неожиданного удара, когда осознаешь: все кончено и больше никогда…

 

Сейчас много будет сказано о громких делах, в которых участвовал Юрий Шмидт. И, конечно, уже говорится о деле Ходорковского, в котором его роль далеко не ограничивалась непосредственной адвокатской работой, но была гораздо шире.

 


Фото-галерея памяти Юрия Марковича Шмидта

 

Юрий Маркович собрал команду блестящих адвокатов, руководил ею, но и находил время для разговора с обществом, для которого просто и понятно раскрыл всю абсурдность предъявленных его подзащитному обвинений.

Благодаря Шмидту, политическая и личностная подоплека дела Ходорковского – Лебедева уже не у кого не может вызывать сомнения.

Но многие ли знают, что Юрий первым встал на защиту самых уязвимых, самых никому ставших ненужными в новой России – беженцев из Афганистана?

В первые постсоветские годы российские еще в какой-то мере осознавали свою ответственность за судьбы соотечественников, оставшихся за границей своей родины, которая в одночасье ушла у них из-под ног. Но отвечать за судьбы жертв советского вторжения в Афганистан не хотел никто.

После падения режима Наджибулы десятки тысяч афганцев, находящихся на территории России, утратили возможность вернуться, но даже двум тысячам детей сирот, воспитанных и получивших образование в России наша страна не предоставила никакого легального статуса. Только что образовавшаяся ФМС отказывала им в этом.

Первым адвокатом, вставшим на защиту афганцев, был Юрий Шмидт. Его речи в судебных процессах по обжалованию отказов ФМС стали классикой в области права на убежище. Он был первым, кто создавал практику защиты интересов лиц, ищущих убежища, которая только начинала создаваться.

И снова роль Шмидта не ограничивалась адвокатской защитой интересов его доверителей. Юрий Маркович выступал на семинарах, круглых столах, конференция по проблемам убежища.

Он многому научил всех нас, и мы глубоко благодарны ему за это, хотя и сожалеем, что так часто меняющиеся сотрудники миграционной службы едва ли усвоили его уроки.

Его выступления были всегда основаны на четкой и прозрачной правовой логике, но одновременно полны юмора, остроты сарказма. Они служили прямым доказательством того, что не существует особого "юридического" языка, а есть прекрасный и образный русский язык, которым говорит блестящий адвокат.

Юрий Маркович ушел от нас, но с его уходом не заканчивается его влияние на нашу судебную практику, на развитие права в России, на нашу жизнь. С нами остаются его уроки и его ученики.

Потому что школа Юрия Шмидта – это школа высочайшего адвокатского мастерства.

Его ученики продолжают заниматься проблемами убежища, они защищают жертв преступлений на почве ненависти.

Они отважны и высокопрофессиональны, как их учитель. Они способны подходить к праву, не как к застывшему своду правил, а как к живому организму, и понимают, что свод законов и право – это далеко не одно и то же.

Мы все будем помнить эти уроки Юрия Марковича Шмидта и будем помнить его самого и его помощь и поддержку в разные трудные моменты нашей жизни.

Текст нельзя закончить звучащим внутри музыкальным мотивом, но можно написать несколько строк, явившихся из памяти в это печальное утро.

И все цветы, что только есть на свете, Навстречу этой смерти расцвели. Но сразу стало тихо на планете, Носящей имя скромное... Земли

(Анна Ахматова на смерть Бориса Пастернака)

Светлана Ганнушкина
12.01.2013

 


Памяти Юрия Шмидта

В Санкт-Петербурге на 76 году жизни скончался выдающийся адвокат Юрий Маркович Шмидт. Российский адвокат, правозащитник, депутат Национальной Ассамблеи Российской Федерации Юрий Шмидт родился 10 мая 1937 в Ленинграде.

Его отец – Марк Рахмилиевич Левин, в 1929 году был арестован по обвинению в участии в деятельности Социал-демократического молодёжного центра (одним из основателей которого он был), приговорён к ссылке. Жил в Сибири до 1936 года, где и познакомился со своей будущей супругой.

Затем ему было разрешено работать экономистом в статистическом управлении в Саратове, но уже 31 мая 1937 года (через три недели после рождения сына) его вновь арестовали и приговорили к восьми годам.

Позднее срок заключения неоднократно продлялся, так что на свободу вышел только в 1955 году.

После освобождения был главным бухгалтером в "Воркутаугле" и "Печорстрое", только в 1964 году ему разрешили прописку в Ленинграде, где он сблизился с участниками диссидентского движения.

Мать Юрия Шмидта – Наталья Карловна Шмидт. Будучи студенткой биологического факультета Ленинградского государственного университета, арестована в 1934 году во время волны репрессий после убийства Кирова, выслана в Сибирь, спустя год ей разрешили вернуться в Ленинград.

Во время блокады Ленинграда работала в военно-морской обсерватории, после войны – научным сотрудником, в 1952 году защитила кандидатскую диссертацию, занималась исследованиями в области радиобиологии.

Юрий Шмидт в 1960 году окончил юридический факультет Ленинградского государственного университета. С 1960 – стажёр, затем адвокат Ленинградской городской коллегии адвокатов.

В 1960-е годы участвовал (по назначению) во многих уголовных процессах по делам об убийствах. Ещё будучи начинающим адвокатом, смог добиться прекращения (после вторичного направления на дополнительное расследование) дела Орловой, в котором мать обвинялась в убийстве малолетнего ребёнка – после этого был осуждён человек, действительно совершивший данное преступление.

Затем специализировался на уголовных делах "экономического" характера, осуществлял защиту на процессах как в Ленинграде, так и в других городах – Кокчетаве, Астрахани, Сыктывкаре.

Был близок к диссидентскому движению – написал несколько статей для подпольных сборников, в том числе о политических судебных процессах, распространял (вместе с отцом) самиздатскую литературу, в связи с чем в 1968 у них на квартире прошёл обыск.

"Диссидентские" дела ему вести не позволяли из-за отсутствия "допуска" к ним.

Много общался с яркими фигурами из числа питерской интеллигенции, в том числе с Иосифом Бродским.

В 1986 году власти потребовали от него написать заявление об уходе из коллегии адвокатов по собственному желанию (поводом послужила жалоба одного из его подзащитных, под давлением следователя, в обмен на обещание смягчить приговор обвинившего Шмидта в вымогательстве денег).

После решительного отказа был исключён из коллегии, но уже в конце 1987 восстановлен, а обвинения в его адрес признаны ложными.

С конца 1980-х годов участвовал во многих уголовных процессах, имеющих общественную значимость и политическую составляющую.

В 1991 создал Российский комитет адвокатов в защиту прав человека.

В 1988–1989 защищал лидера армян Нагорного Карабаха Аркадия Манучарова.

В 1991 в Верховном суде Грузии защищал тогдашнего руководителя Юго-Осетинской республики Тореза Кулумбегова.

В 1992–1993 в Верховном суде Узбекистана защищал журналиста Абдуманноба Пулатова, обвинённого в оскорблении президента Ислама Каримова.

В 1996–1997 вёл дело в защиту прав русского военного пенсионера А. Мирошниченко, которого правительство Эстонии незаконно пыталось депортировать.

В 1996 представлял интересы бывшего афганского офицера и члена НДПА Абдул Гафара, которого миграционная служба решила выслать на родину, где шла война и преследовались люди, сотрудничавшие с СССР в 1980-е годы.

После убийства депутата Государственной думы Галины Старовойтовой Шмидт принял на себя обязанности представителя семьи погибшей в расследуемом уголовном деле.

С февраля 1996 вёл дело сотрудника норвежской экологической организации "Беллона", капитана 1-го ранга запаса А. Никитина, обвинённого в государственной измене, дело которого приобрело всемирную известность. В декабре 1999 приговором Санкт-Петербургского городского суда Никитин был оправдан.

В ходе "дела Никитина" добился принятиеКонституционным судом решения о том, что "…отстранение от участия в деле выбранного обвиняемым защитника в связи с отсутствием у последнего допуска к сведениям, составляющим государственную тайну, не соответствует Конституции Российской Федерации, и изменения в этой части надлежит внести в действующее законодательство, в частности в Закон РФ „О государственной тайне“".

С этого времени подсудимые по делам, материалы которых содержат государственную тайну, получили возможность выбирать себе любого адвоката по их желанию, а не только получившего специальный "допуск".

Летом 2003 Шмидт в Пермском областном суде осуществлял защиту двух журналистов областной газеты, которых ФСБ обвиняла в разглашении государственной тайны в опубликованной ими статье. Дело закончилось полным оправданием журналистов.

В 2004 выступал представителем семьи депутата Государственной думы Сергея Юшенкова на процессе над его убийцами. Суд присяжных согласился с доводами Ю.Шмидта и признал виновными сопредседателя партии "Либеральная Россия" Михаила Коданёва и его сообщников.

В апреле 2004 Юрий Шмидт стал руководителем защиты бывшего главы НК "ЮКОС". Михаила Ходорковского он защищал до последних дней своей жизни. Он считал это дело политическим.

За свою выдающуюся профессиональную деятельность Юрий Шмидт получил множество наград, среди которых – награда Human Rights Watch за деятельность в защиту прав человека, высшая юридическая премия России "Фемида" и титул "Адвокат года", золотая медаль имени Ф. Плевако и знак "Почетный адвокат", премия Международной Лиги прав человека, Награда признания от Международной Хельсинкской федерации.

В 2012 году Юрию Шмидту был вручен Командорский крест Ордена "За заслуги перед Федеративной Республикой Германия".

Юрия Марковича не стало в ночь на 12 января 2013 года.

 


Юрий Маркович Шмидт. Фото Павел Бедняков