Митинг на проспекте Сахарова. Репортаж со стороны сцены

Светлана Ганнушкина. Фото HRO.orgСветлана Ганнушкина: Резолюция "не отдать 4 марта 2012 г. ни одного голоса Путину" принята всеми. Но кому их отдать?


 

Я была на митинге с бейджем наблюдателя. После получения бейджей нас из ГУВД отвезли к самой сцене. Это было в 13.30. Народ уже занимал всю линию ограждений, отделяющих участников от прессы и наблюдателей.

Я для себя решила, что буду ходить вдоль этой линии и смотреть за тем, нет ли давки. Должен же от наблюдателя быть какой-то толк. Все было слышно и видно. Народу у сцены было немного, время от времени кто-нибудь из журналистов подходил за комментарием.

Сначала у заграждений стояли пожилые люди и молодежь. У части пожилых были красные одинаковые свистки, в которые они оглушительно свистели, когда им кто-то не нравился. Было предположение, что они поддерживали коммунистов.

На левом (глядя со стороны сцены) фланге недалеко в глубине стояли националисты со своими флагами и плакатами. Они активизировались, когда выступали их единомышленники и те, кого они считали нерусскими. Досталось немного Акунину, больше Шендеровичу, Собчак, Познеру, который присутствовал в виде записи. Их реакция шла по нарастающей. Особенно после выступления некоего Ермолаева, который истерически орал: Да здравствует Россия - и вскидывал весьма сомнительным жестом руку. Он спросил митингующих, хотят ли они Явлинского, и кажется, не ожидал, что ему ответят: ДА!!!!

Поскольку предполагалось, что ответ будет противоположным, он закричал благим матом: может быть, тогда они хотят Навального. Митинг с этим тоже согласился.

Вообще, выступающие имели свои заготовки и не очень заморачивались на счет того, что народ реагирует не так, как планировалось. Илья Пономарев одиноко скандировал свои лозунги, в то время как митинг дружно отвечал ему: Сдай мандат!

Тор (Владлен Кралин) выступал куда мерзее, чем на Болотной. Его активно поддерживали нацисты, которые к тому времени, устроив лом, пробились к самым ограждениям на своем левом фланге. Когда выступал кто-то от Антифа они совсем распоясались.

Были и свист и шиканье на призывы Тора создать и русскую партию, и Россию для русских. От сцены они не были так отчетливы, как шум, свист и ругательства нацистов.

Когда я проходила мимо, то видела растущее напряжение на этом участке. Около 16.30 меня окликнула по имени молоденькая девушка, она была в слезах: "Пожалуйста, поговорите с организаторами, - попросила она, - тут все время драки. Наци нас давят, оскорбляют! Пусть они объявят об этом со сцены!"

Я обратилась к полиции и сказала, что там нужно их участие, только без рукоприкладства. Дозвониться по данному нам номеру полковнику Бирюкову не удалось. Потом пошла к сцене, но пробраться наверх было невозможно. Тогда я попросила передать, что пора заканчивать, пока драки нет.

Когда я вернулась к заграждению на левом фланге, там стоял ряд полицейских - прямо напротив националистов. И те присмирели. Конечно, не мои усилия привели к укрощению националистов и окончанию митинга. Тревогу почувствовали и другие. И она то увеличивалась, то несколько гасла.

Митинг, по моему впечатлению, не был таким радостно доброжелательным, как это было 10 декабря. Слишком много агрессии, взаимного неприятия.

Сближения не произошло. Добавленная к "болотным" резолюция: не отдать 4 марта 2012г. ни одного голоса Путину - принята всеми. Но кому их отдать? Очевидно, что единого альтернативного кандидата в ближайшее время не появится.

Об авторе: Светлана Алексеевна Ганнушкина,
председатель Комитета "Гражданское содействие",
член Правления Международного общества "Мемориал",
член Совета Правозащитного Центра "Мемориал"