"Проект закона для Торшина.doc"

Лев Левинсон Lev LevinsonЛев Левинсон: Предложенные сенатором Торшиным изменения в закон о Конституционном суде уполномочивают КС признавать недействующими решения Европейского суда по правам человека, если они вступают в противоречие с ранее сделанными КС выводами. Кроме того, законопроектом предлагается запретить гражданам РФ обращаться к европейскому правосудию, пока по их делу не будет принято окончательное решение Верховного или Высшего арбитражного суда.

 

 

Не надо спрашивать, отчего автор проекта, юрист, вступил в откровенный конфликт с правом. Торшин если и виноват, то лишь в том, что дисциплинированно исполнил поручение своей партии. Ведь, судя по всему, не он это писал. Если открыть законопроект на сайте Госдумы, обнаруживается забавная деталь. Файл с текстом проекта называется там «проект закона для Торшина.doc». Трудно предположить, что файл с таким названием возник в компьютере сенатора или кого-то из сотрудников его аппарата.

Известно, что самые сомнительные инициативы Кремля вносятся от имени парламентариев. На всякий случай. Если что, «я не виноват».

Как известно, ЕСПЧ применительно к России признает внутригосударственные средства судебной защиты исчерпанными после рассмотрения дела в кассационной инстанции, так как не считает существующее в РФ надзорное производство доступной и действенной стадией. Если бы Страсбургский суд руководствовался предлагаемым Торшиным критерием исчерпанности, это означало бы необходимость прохождения заявителями длинной винтовой лестницы надзора, особенность которой в том, что до «окончательного» решения Верховным судом можно и не добраться.

Поводом возникновения законопроекта стало постановление Европейского суда по делу «Маркин против России» от 7 октября 2010 года. Константин Маркин, российский офицер, будучи одиноким отцом, обжаловал отказ командования и судов в предоставлении ему отпуска по уходу за ребенком, поскольку закон разрешает такой отпуск только женщинам-военнослужащим.

КС, куда обратился офицер, не нашел повода для проверки конституционности примененного закона. ЕСПЧ же не только признал заявителя жертвой дискриминации по половому признаку в сочетании с нарушением его права на семейную жизнь, но и подверг критике позицию КС в этом вопросе.

Тогда возмущенный председатель КС Валерий Зорькин поставил ребром вопрос о месте ЕСПЧ в судебной иерархии.

Действительно - и здесь Зорькин прав, - в статье 15 Конституции говорится о приоритете международных договоров над законами, но не над Конституцией РФ, имеющей высшую юридическую силу. Но соотношение этих правовых величин не столь однозначно. Устанавливая компетенцию КС, Конституция в статье 125 наделяет его полномочием по разрешению дел о конституционности «не вступивших в силу международных договоров Российской Федерации». После вступления их в силу власть КС над ними иссякает. Так обстоит дело с Европейской конвенцией, давно ставшей частью нашей правовой системы. Ратифицировав Конвенцию, Россия признала юрисдикцию Европейского суда по правам человека.

Но как бы ни сочетались друг с другом Конституция и международные договоры, решения КС не равновелики Конституции. Из того, что последняя возлагает на КС функции конституционного надзора, не следует, что Конституционный суд вправе ставить себя на место Конституции.

Каковы последствия? В высшей степени странно было бы ожидать, что ЕСПЧ будет соотносить свою позицию относительно приемлемости поступающих от российских граждан жалоб с законодательством РФ. Страсбургу от торшинских поправок вреда не будет. А вот что ожидает жалобщиков, если они воспользуются своим конституционным правом обращения в межгосударственные органы, не дождавшись от Верховного суда окончательного решения? Нарушители закона должны быть как-то наказаны. Так что когда уровень безумия дойдет до принятия этого проекта, вопрос будет лишь в том, кому из единоросов будет поручено внести поправки в Уголовный кодекс.