22 октября Ленинский районный суд Чебоксар частично удовлетворил требования истцов и обязал финансовое управление администрации города выплатить компенсацию 11-летнему Саше Изамбаеву. 127 дней с момента необоснованного отказа чиновников до вступления в силу решения суда, подтвердившего незаконность этих действий, и 158 дней жизни Саши Изамбаева в детском доме семья Изамбаевых оценила в 127 тысяч и 158 тысяч рублей соответственно - по 1000 рублей за каждый день.

Ответчиками по иску выступали финансовое управление администрации Чебоксар и Чебоксарский детский дом. Интересы семьи Изамбаевой представляет Межрегиональная правозащитная Ассоциация "Агора".

Сегодня судья Ленинского районного суда Чебоксар Наталья Степанова огласила свое решение по иску - взыскать с финансового управления администрации города 20 тысяч рублей в пользу 11-летнего Саши, претензии Светланы Изамбаевой к муниципальной казне и его брата к Чебоксарскому детдому оставить без удовлетворения.

"Сам факт присуждения компенсации, пусть и не в полном объеме, нас порадовал, - говорит юрист Алексей Глухов, сотрудничающий с Ассоциацией "Агора". - Тем не менее, после изучения судебного решения мы намерены обжаловать его в Верховном суде Чувашии".

После смерти матери 1 февраля 2009 года (отец скончался еще в 2004 году) Саша Изамбаев попал в Центр реабилитации Чебоксар, затем в чужую семью в селе Игорвары и Чебоксарский детским дом. Все это время его сестра Светлана пыталась оформить опеку над младшим братом, но из-за ее положительного ВИЧ-статуса чиновники отказывали ей в опекунстве. Спустя множество судебных заседаний 11 марта 2010 года Верховный суд Татарстана поставил точку в этом деле, оставив в силе решение Авиастроительного районного суда Казани, который 25 января обязал чувашских чиновников оформить опеку над Сашей в пользу Светланы. 19 марта постановлением Главы администрации Калининского района Чебоксар Изамбаева была назначена опекуном брата и в тот же день забрала его домой в Казань.

- После того, как Саша пропал из реабилитационного центра, я искала его по всем отделам и министерствам Чувашии, - вспоминает Светлана Изамбаева. - Никто из членов семьи не был поставлен в известность, что его отдадут под опеку в чужую семью.

В апреле 2009 года Светлана обратилась в орган опеки и попечительства администрации Цивильского района Чувашии с заявлением о назначении ее опекуном Саши, однако 20 мая ее просьба была отклонена в связи с тем, что она состоит на диспансерном учете с диагнозом ВИЧ-инфекция. Состоявшиеся в связи с этим в августе суды не увенчались для Светланы успехом. 1 октября судебная коллегия Верховного суда Татарстана оставила августовское определение Авиастроительного районного суда в силе, несмотря на то, что приемная мать Саши представила заявление, что готова в любой момент расторгнуть договор о приемной семье, лишь бы было принято положительное решение суда в пользу Светланы. Договор опеки приемная мать, действительно, расторгла, но суд не встал на сторону Изамбаевых, и мальчик попал в Чебоксарский детский дом для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.

26 октября 2009 года Светлана Изамбаева повторно обратилась с заявлением о назначении ее опекуном Саши, на этот раз в администрацию Калининского района. И вновь последовал отказ из-за положительного ВИЧ-статуса.

- Я бы и не пыталась взять своего родного брата жить к себе, если страдала заболеванием, способным поставить под угрозу здоровье брата, если бы мои жилищно-бытовые условия не позволяли проживать с ним вместе, если бы мое финансовое положение не позволяло бы достойно содержать Сашу, - говорит Светлана Изамбаева. - Я боялась звонить Саше, потому что он постоянно спрашивал меня: "Света, ну когда же ты меня, наконец-то, заберешь из детского дома...". - Я не знала, что ответить ему, не могла объяснить, что всему виной чиновники, для которых формальности намного важнее человеческих чувств. Мне было так стыдно перед братишкой, которому еще в апреле 2009 года обещала, что заберу его из чужой семьи к себе.

В исковом заявлении Светлана Изамбаева отметила, что ей потребовался целый год, чтобы довести до сведения чиновников различных уровней, что ВИЧ-инфекция не может быть основанием для отказа в оформлении опеки и необходимо учитывать интересы ребенка, который неоднократно говорил о том, что хочет жить со своей родной сестрой, а не с чужими людьми в детском доме.

- Это были худшие дни в моей жизни, - вспоминает Саша Изамбаев. - В детском доме у меня украли телефон и плеер, там не было горячей воды, ее все время отключали, и мы не могли нормально помыться в душе. Когда мы ездили в детский лагерь, у меня появились вши. Кроме того, в детском доме на меня напал мальчик, который был намного старше меня, и побил, он просто подошел ко мне сзади и начал избивать, я не мог оказать ему сопротивления, поскольку он был сильнее меня. После всего этого мне было неприятно находиться в детском доме - я чувствовал себя беззащитным и униженным и хотел поскорее покинуть это место. Я продолжал ждать и надеяться, что все скоро закончится и я перееду к Свете, увижу своих племянниц, друзей, с которыми я познакомился, когда приезжал в гости в Казань. До сих пор я не понимаю, почему меня не могли отдать сестре без всех этих судов, я же сам хотел жить со Светой, неужели кому-то надо было что-то еще?