Адам Михник: «"Никакая победа в нашей жизни не будет окончательной, но и никакое поражение не будет окончательным".

• In English

Дорогой Сергей, для меня– честь выступить на этой конференции. Твоя биография– это часть биографии ХХ века с его нацизмом, коммунизмом, троцкизмом, маоизмом и т.д. Когда я думал о тебе, я считал, что антифашист, антикоммунист– этого достаточно для тоталитарной страны. Но когда я смотрю на это после падения большевизма, я понимаю, что этого мало. Есть ловушка. Раз Сталин победил во Второй мировой войне, то можно его за это прославлять, можно вывешивать его портреты 9 мая, как это собираются сделать в Москве. Когда в Польше приветствуют Пиночета, говоря, что он совершил антикоммунистический переворот – это тоже ловушка. Нельзя победой над тираном оправдывать тоталитарные действия.

В чем роль Ковалева, Буковского, других диссидентов? Не только в том, что они выступили против диктатуры, но и в том, что они преодолели страх, барьер и выступили против тоталитарной практики.

Они и не могли занять руководящее место в политике, т.к. они жили иначе. Один тип диссидента – Солженицын, в Польше близкую роль играл кардинал Вышинский, – они думали, что коммунизм лишь короткий эпизод, и нужно возвращаться к национальным ценностям.

Но другие – Сахаров, Ковалев, Лариса Богораз, в Польше – Яцек Куронь, Бронислав Геремек, краковский епископ Кароль Войтыла – думали, какие должны быть созданы механизмы, чтобы тоталитаризм не вернулся. Они думали, что пусть политики занимаются политикой, а диссиденты должны быть духовной и моральной опорой общества. Эффект Вацлава Гавела – он продолжал жить как свободный человек и остался один. Место диссидента не в политике – именно это доказывает опыт Гавела.

Чего я боюсь сегодня? Когда я смотрю на проблемы европейских демократий, я вижу две угрозы. Первая – синдром путинизма, синдром авторитарной власти, когда важнее всего становится механизм действия спецслужб. И это не зависит от лозунгов: я вижу в Польше то же самое во время режима антикоммуниста Качинского.

Вторая угроза – берлусконизм, коррупция во власти. И я не знаю, что тут поделать, когда за деньги власть покупает все, что ей нужно. Но вот неделю назад я прочитал доклад Фини, нормального итальянского фашиста, посвященный годовщине Холокоста. Это прекрасный доклад, и я вижу, как могут меняться люди.

Есть база для надежды. Никакая победа в нашей жизни не будет окончательной, но и никакое поражение не будет окончательным. Спасибо тебе, Сергей, за то, что ты дал пример жизни в трудные времена, что ты дал нам надежду.

Выступление Адама Михника на конференции, посвящённой 80-летию российского правозащитника Сергея Адамовича Ковалёва, Москва.
02.03.2010

Адам Михник (польск. Adam Michnik, 17 октября 1946, Варшава) – польский общественный деятель, диссидент, журналист, один из наиболее активных представителей политической оппозиции 1968-1989 годов. Главный редактор «Газеты Выборчей».

Родился в еврейской семье, сын коммуниста, а впоследствии оппозиционера Осии Михника. С ранних лет активный участник харцерского движения, в 1961—1962 годах входил в известный дискуссионный «Клуб кривого колеса», через который прошли многие представители будущей политической оппозиции, в 1962 году основал собственный неформальный Клуб искателей противоречий. В 1964 году поступил на исторический факультет Варшавского университета, неоднократно подвергался взысканиям, в 1968 году, в период острого политического кризиса, был арестован и приговорен к трем годам тюремного заключения, освобожден по амнистии в 1969 году (студенческие демонстрации протеста против исключения Михника из Варшавского университета дали начало мартовским волнениям 1968 года, которые были подавлены властями, что переросло в кампанию государственного антисемитизма, повлекшую за собой эмиграцию евреев из страны). Начал публиковаться как журналист (под псевдонимами). Получил «волчий билет» и не мог продолжать учёбу в Варшаве, однако в 1975 году закончил экстерном исторический факультет в Университете Адама Мицкевича в Познани.

Числился личным секретарем известного поэта Антония Слонимского. В 1976—1977 годах жил в Париже. Вернувшись, примкнул к только что созданному оппозицией Комитету защиты рабочих (польск. KOR), выступил одним из организаторов подпольного университета гуманитарных и социальных наук («передвижной университет» — давняя традиция польских оппозиционеров с начала 1880-х годов), был редактором ряда оппозиционных печатных изданий — «Информационный бюллетень», «Критика», одним из руководителей подпольного издательства. В 1980—1989 годах — советник мазовецкого отделения движения "Солидарность".

В 1981—1984 годах арестован, отбывал заключение, в 1985 году арестован вновь, осуждён на три года тюрьмы.

С 1988 года — член неформального координационного комитета, который возглавил Лех Валенса, член Комитета граждан, в 1989 году — участник серии переговоров правительства и оппозиции («Круглого стола») о проведении свободных выборов, в 1989—1991 годах — депутат новоизбранного Сейма. В 1989 году создал ежедневную «Газету Выборчу», стал главным редактором этого популярного и авторитетного издания, в котором выступил оппонентом Валенсы, поддержал программу шоковой терапии Лешека Бальцеровича. В 2002 году Михник опубликовал разоблачительные материалы о коррупции в высших органах власти Польши, чем спровоцировал крупный политический скандал («дело Рывина»).

В 2000-х годах печатается за рубежом («Шпигель», «Монд», «Вашингтон Пост»), читает лекции в Принстонском университете.